Со времен выхода шедеврального «Кошмара Перед Рождеством» (The Nightmare Before Christmas, 1993) Тима Бартона (точнее, Генри Селика (Henry Selick), ибо он занимался режиссурой, а Бартон был «лишь» продюсером и автором одноименной книжки) прошло чуть больше десяти лет, за которые технологии шагнули далеко вперед, а талант самого необычного голливудского режиссера никуда не испарился, как никуда не делось и его желание продюсировать мультики по своим литературно-художественным произведениям. Именно это желание Бартона, подкрепленное его непререкаемым авторитетом и мощным «брэндом», на который буквально пускают слюни продюсеры, сделало возможным появление еще одного «семейного» мультфильма на загробную тему — «Tim Burton's Corpse Bride».

Семья безродных нуворишей Ван Дортов, сделавших состояние на торговле рыбой, мечтала породниться с аристократией, чтобы уже окончательно войти в высшее общество не только благодаря своим деньгам, но и «правильным» родственным узам. Для этого они решили поженить своего сына, застенчивого и романтичного Виктора, на единственной дочери аристократического семейства Эверглотов (Everglot), у которых была противоположная проблема — при всей своей знатности они оказались полными банкротами, и им срочно нужно было породниться с богатеями, пускай и простого происхождения. Все поначалу шло как надо, но забывчивый Виктор на репетиции свадьбы никак не мог проделать всю церемонию правильно, а в конце и вовсе подпалил подол платья будущей тещи, впрочем, совершенно случайно. От отчаяния и гнева как своих нынешних, так и предположительных будущих родственников, Виктор убежал в лес, где продолжал усердно репетировать свою речь. И вот на тихой лесной полянке у него наконец-то все получилось, и в качестве завершающего аккорда он нацепил обручальное кольцо на торчащий из земли сучок, который оказался... скелетированной кистью трупа невесты! Она, разумеется, по такому случаю восстала из земли и сказала свое счастливое «Согласна!», утащив новоиспеченного мужа в царство мертвых. И теперь нерадивому Виктору придется мучительно выбирать между счастливой семейной жизнью внизу, с симпатичной, пускай и немного мертвой, невестой, или попытаться вернуться наверх и узаконить-таки свой брак с пускай и менее симпатичной, но такой живой Викторией Эверглот... И как при этом не разбить сердце мертвой красавицы?

Тим Бартон в очередной раз продемонстрировал всему миру замогильные глубины своей темной фантазии с некислым налетом некрофилии, ибо мир мертвых, по его версии, намного «живее» и веселее мира живых. В то время как на поверхности люди страдают от невыносимой скуки каждодневной рутины и общего несовершенства мира, под землей их умершие родственники постоянно отрываются в местном кабаке с веселыми (но, разумеется, мертвыми) девками, реками пива, и под залихватское музыкальное сопровождение квартета скелетов под художественным руководством Рэя Чарльза (его скелет в характЕрных черных очках с воодушевлением музицирует на пианино)! Вот уж где замогильный черный юмор Бартона разыгрался на всю катушку, равно как и его фантазия по созданию безумных, но таких милых и симпатичных персонажей. Особенно в этом плане выделяется, разумеется, сама невеста, постоянно теряющая конечности и свой выпадающий правый глазик, внутри глазницы которого живет ее «внутренний голос» в виде симпатичного зеленого червяка, списанного с культового актера «золотой эры» Голливуда Питера Лорри (Peter Lorre). В подругах у червяка ходит многоглазая и многолапая «черная вдова», а заправляет городком авторитетный скелет-книгочей, с помощью древнего украинского (!) заклятия отправляющий «молодых» в мир живых, чтобы Виктор мог представить свою новую невесту ничего не подозревающим родителям. При этом, по бартоновскому обыкновению, все сопровождается гениальной и ультрахитовой музыкой (и песнями) Дэнни Эльфмана (Danny Elfman), остроумными диалогами (с многочисленной игрой слов, многое из которой неизбежно потерялось в русском переводе), замечательными актерами (включая любимца Бартона, легендарного Кристофера Ли в роли демонического пастора), и готической атмосферой, обильно сдобренной темной романтикой. Ну и с чисто технической точки зрения все сделано, разумеется, просто бесподобно, и в некотором роде — революционно.

Техническая революция этого фильма, созданного, как и «Кошмар Перед Рождеством», посредством кукольного stop-motion (когда для достижения эффекта движения аниматорам приходится перемещать «движущиеся» части обстановки/персонажей на доли миллиметра и фотографировать), заключается как в изменении конструкции кукол, так и в полном отказе от пленочных технологий и переходе на «цифру». Куклы для картины были выполнены в довольно большом (два фута, или около шестидесяти сантиметров в высоту) и очень детализированном виде с движущемся стальным скелетом, покрытым силиконовой «кожей», а декорации, в которых они действовали, были настолько большими, что аниматоры почти не сгибаясь могли проходить в двери «кукольных» помещений. Фиксировалось это все с помощью тридцати одной восьмимегапиксельной зеркальной камеры Canon EOS-1D MARK 2 SLR с профессиональными объективами Nikon, а небольшие движущиеся элементы, такие, как пламя свечи, снималось на miniDV. Впоследствии весь материал обрабатывался на компьютере, а окончательный монтаж (впервые для подобных проектов) был выполнен в Apple's Final Cut Pro. Титанический объем работы, при котором аниматорам нужно было установить и заснять около ста десяти тысяч (!) индивидуальных кадров (к примеру, для одного лишь мигания глаза персонажа, требовалось сделать 28 разных кадров), вылился в пятьдесят пять недель непрерывного труда и около сорока миллионов долларов бюджета, зато результат получился поистине великолепным, на радость не только зрителям, но и своим создателям.

Ведь их не обошли стороной ни награды (куча выигранных призов на разных фестивалях и даже номинации на Оскара как «лучший анимационный фильм» и «фильм года»), ни хорошие финансовые показатели — за четырнадцать недель своего американского проката фильм собрал около пятидесяти трех миллионов долларов, плюс шестьдесят три во всем остальном мире. Для сравнения, «Кошмар Перед Рождеством» в прокате заработал около пятидесяти миллионов, правда, и стоил в два раза дешевле :) Конечно, фильм немножко не дотягивает до мегауровня своего шедеврального предшественника, но так и выше головы не прыгнешь, а «Кошмар», как ни крути, является истинным и уникальным шедевром «готического» кинематографа. «Труп Невесты» я шедевром не назову, но то, что он к этому званию очень близок, вне всяких сомнений! Поэтому ноги в руки и бегом в кинотеатры (или магазины ;)), наслаждаться очередным творением безупречного творческого тандема Бартон-Эльфман.

P.S. Чем конкретно занимался со-режиссер фильма (начинавший, кстати, с должности ассистента аниматора на «Кошмаре») Майк Джонсон — не очень понятно, ибо это стопроцентно «бартоновский фильм» без каких-либо «сторонних примесей». С другой стороны, и «Кошмар» является стопроцентно бартоновским, а там всей режиссурой занимался один Генри Селик. Видимо, талант Бартона настолько силен, что он непосредственно влияет на мозг исполнителей его гениальных задумок... ;)